И спасибо, потому что это очень правильное и своевременное добавление, и даже для продолжения разговора создаёт дополнительный объём. Потому что какой вывод мы должны сделать из того, о чём мы сейчас на двоих уже сказали? Да, у нас на полях Украины идёт специальная военная операция, никто этого не отрицает, это и во всём мире тоже, и с точки зрения правовой, прежде всего международно-правовой, и с точки зрения даже, между прочим, и военной.

Но о том, что мы ведём войну с Объединённым Западом, который возглавляет Англосаксами, наши первые лица говорят уже достаточно давно. А давай попытаемся эту войну охарактеризовать, Это точно не специальная военная операция. И вот для того, чтобы это сделать, и для большего понимания того процесса, в котором мы уже находимся, это важно, уже, мы не собираемся, и нам не обещают, мы уже в нем находимся. Вот все войны, скажем так, за эпоху нового времени, нововременские войны, межгосударственные, они делятся, там разные есть, я историку объясняю, прошу прощения, они делятся по разным принципам, но один из них, который сейчас для меня важен, то есть можно все войны разделить на две корзины.

В одной корзине будут войны, которые называются войны за интересы. Самые разные интересы могут быть, территориальные, демографические, войны за ресурсы, династические, какие угодно, но это войны за какие-то обозначенные интересы. Кстати, не обязательно корыстные, но они обозначены. И все эти войны, в силу того, что интерес обозначен, они все конечные. То есть понятно, когда одна из сторон получает то, чего хочет, война заканчивается, подписывается мирную договор. До следующей войны, до войны реванша. Ну, как это была история Франции и Германии в XIX веке. И вот в этой корзине находится подавляющее большинство всех войн нового времени.

А в другой корзине находится другая война, другие войны. Это войны не за интересы, это войны идейные или, скажем так, войны идеологические. И можно назвать ещё войны за ценности. И вот главная война, которая лежит в этой корзине, ну на самом деле из войн, наверное, даже единственная, это Великая Отечественная война. Потому что Великую Отечественную войну мы воевали не за территории, не за ресурсы, Мы воевали за ценности, мы воевали за жизнь. А наш противник воевал за смерть. Что для нацизма вообще свойственно. Это же такая тонотологическая идеология. Так вот, чем отличаются эти войны за интересы и за ценности? Я уже сказал, что после удовлетворения интереса заканчиваются переговоры, они ограничены.

А война за ценности не ограничена. Это война на уничтожение. Никакого другого решения быть не может, потому что со злом договариваться нельзя. Никто и никогда не готов был договариваться с Гитлером о разграничении с ним каких-то территорий, полномочий, интересов и так далее. Если мы воюем с нацизмом, то это война на уничтожение. И это совсем серьезно.

Я думаю, что в этом контексте, а в Европе, наверное, уже нет. Уже не осталось людей достаточно образованных и опытных для того, чтобы вообще воспринять это. Ну, по крайней мере, в их элитах это, конечно, катастрофа вообще, общеевропейская. Но в Соединённых Штатах остались люди, которые готовы это услышать, воспринять и даже перевести для своих таких же элитариев, в кавычках, и передать. Вот в этом, в общем, контексте слова, сказанные вчера Владимир Владимировичем, что мы не будем посылать к вашим границам танки, мы пошлём что-нибудь другое. Вот теперь, в рамках войны на уничтожение, и когда наш противник не локализован в Киеве, а мы ещё даже сами себе до конца не ответили на вопрос о его локации. И пусть они сидят и ждут, кого из них мы определим тем самым логовом, в котором должна сидеть гадина запечатанная. Они там могут соревнования выстраивать. Например, Соединенные Штаты и Скандинавия по части нацизма могут посоревноваться, и я думаю, что у них будет ничья. Вот, собственно, за последние дни именно это меня беспокоит, потому что если не беспокоит, а вот на этом сконцентрировано моё внимание, потому что если эту рамку осознать, то тогда мы должны по-новому взглянуть на то, что происходит у нас на полях сражений, и в точнее на то, что вызывает беспокойство у наших людей.

А я могу тут несколько назвать примеров. Коммерция во время войны. Какие-то переговоры локальные по конкретным вопросам. Это всё вызывает дикое раздражение у наших людей. Если мы боремся с мировым нацизмом, то уже неважно, идёт газовая труба через Украину или Европу или нет. Нам нужны ресурсы для войны, значит пусть она идёт. Мы будем зарабатывать деньги. и поддерживать экономику нашей страны и благосостояние жителей нашей страны и наш военно-промышленный комплекс для того, чтобы, если не уничтожить гадину в её логове, то загнать её в логово, и запечатать там вечной печатью.